Логин:
Пароль:
 Чужой ПК


Охотничьи байки » Страница 8

Сожженные мосты

Окольными путями до Москвы докатилась молва о том, что в архангельской лесной глухомани будто бы сгорела охотничья заимка. Весть была туманная и оттого еще более неприятная, но в столице о ней никто не узнал, кроме хозяев избушки. Сколько-то лет назад их дороги разошлись, охотничье братство дало трещину, избушка осталась бесхозной. Иногда сила весны все же брала верх, старые друзья вырывались на неделю в северные края, но гостили в деревне, а до избы по распутице было не добраться.
Тайга хранила тайну лесного жилья, и его судьба беспокойства не вызывала. Избушка, словно надежно спрятанный клад, грела душу, будила радужные мечты и желания. Бревенчатая, крепкая, с прочной крышей — что с ней сделается.
И однажды вышло так, что к осени все удачно сладилось, и вся охотничья компания покатила в архангельскую сторону...

Конец чандпайского людоеда

Я прибыл в Кхулну из Сундербана в феврале 1957 года, чтобы пополнить запас провизии и разрешить кое-какие деловые вопросы.
Кхулна — большой и процветающий центр более чем в ста километрах от побережья. Ее веселые базары и опрятные бунгало с ухоженными газонами и подстриженными живыми изгородями казались нереальными после затопленной глуши Сундербана.
Через несколько дней я завершил работу и, поскольку цивилизованная жизнь мне наскучила, решил вернуться в Сундербан на пять-шесть недель оставшегося рабочего сезона.
Пакистанская часть Сундербана в пределах границы лесов поделена на 55 зон лесоповала, называемых кварталами, и лесная станция Чандпай расположена в квартале 28, который по каким-то необъяснимым причинам оказался между кварталами 26 и 27. Из этих трех кварталов никогда не поступало сообщений о людоедах, а изредка встречаемые тигры, казалось, довольствовались дичью и люди, работавшие в лесах, без труда их отгоняли. Иногда тигр мог забрести в прилегающую населенную зону, убить пасущегося буйвола или корову, но в общем он редко причинял беспокойство.
Чандпайский тигр, убивший человека в квартале 27 утром 23 февраля, в день моего прибытия в Чандпай, а затем перешедший в квартал 26, чтобы убить на другой день еще одного, драматически нарушил спокойную жизнь района...

За лосем

Мне дали разрешение на отстрел одного лося-самца, я тщательно сна рядился и отправился в лес. Там я остановился в сторожке знакомого лес ника Хлебникова.
В моем распоряжении было четыре дня. Лосей в том лесу много, выследить одного не так трудно, и сынишка мой не сомневался, сидя дома, что скоро отведает лосиного мяса. Я ему обещал губу: у лося верхняя губа большая, горбом, мясистая и на вкус очень нежная, так и тает во рту.
Не повезло мне только с погодой: день стоял морозный и совершенно безветренный. Тишина в лесу как в подземелье. Снег сухой, мерзлый, хробосткий — так и визжит под лыжами. Проходил я по лесу до самого вечера, в скольких осинничках побывал — самых излюбленных лосями местах,— так за целый день ни одного лося и не видел. На лежки натыкался. Да разве в такой тишине лося застанешь врасплох? У него на макушке вон какие две антенны, он за километр лыжи услышит, встанет и уйдет, даже издали поглядеть на себя не даст.

Роковой зверь

Говорят: сороковой медведь — роковой.
Киприян был темный человек и этому суеверию верил. Убив по счету тридцать девятого медведя, он положил себе этих зверей больше не трогать и стал избегать с ними встреч. На охоту стал ходить только высоко в горы.
В горах Алтая, где жил Киприян, каждый зверь соблюдает свое место. Медведь живет внизу, в черни-черневой, то есть в лиственной, тайге. Выше в горы, где пошел пихтач, и еще выше, где чистый кедр, медведя встретишь реже.
Ближе к снежным вершинам — белкам — даже кедр не выдерживает, припадает к земле, ползучим кустарником стелется по холодным скалам. Тут уж если и увидишь медведя, то можно вовсе его не бояться: здесь не его владения, и он сам бежит от человека. Изредка только, в летний зной, вскарабкается косматый на площадку повыше, где рядом с веселой изумрудной травой лежит, ослепительно блистая на солнце, чистый горный снег: любит поваляться, покататься в холодной снежной перине, повыгнать блох из косматой шубы. И если тут услышит человеческий дух, стрельнет, как заяц, вниз, в родную тайгу, — только и всего.

Мои собаки

На двенадцатом году моей жизни я начал охотиться, воруя для того ружье моего старшего брата, очень скоро попался на месте преступления, был судим семейным судом и получил строжайший выговор с указанием на всю гадость моего поступка. Впрочем, судьи, в том числе и моя мать, все до одного были страстные охотники. Они знали, что преступник, пошедший по этой дорожке, неисправим. Поэтому мне вручили в собственность ружье со всеми принадлежностями: охоться,— делать нечего,— но не воруй.

Буду ли я одинок...

Игорь АЛЁХИН
Я сидел в вагончике за простым деревянным столом, застеленным клеенкой с красно-желтыми листьями на бежевом фоне, и курил легкие белоснежные сигареты, вытряхивая их из зеленой глянцевой пачки. Они истлевали очень быстро, бледный дым слоистыми клубами вяло шевелился в воздухе, указывая на отсутствие сквозняка в помещении, а за единственным окном, черным прямоугольником врезанным в стену, на черную, раскисшую от долгого ненастья землю, на тусклую чугунную гладь лиманов, в серо-бурые камыши ночных плавней с бесконечным вселенским шорохом сыпался черный дождь.

За чарочкой

Игорь АЛЁХИН

Когда я еще был совсем мальчишкой-подростком, уже случалось мне ездить на охоту с серьезными компаниями, где мужики были в основном весьма пообтертыми в охотничьих делах и приключениях, имели опыт, но меня принимали очень снисходительно и доброжелательно. Только иной раз спросят — то ли у меня, то ли у батьки моего, — а школа, мол, как же? Но тут же понимающе закивают головами — что ж делать, дескать, коли уродился охотником... догонит потом-то.

Самыми впечатляющими были поездки на охоту в плавни. Для меня вообще этот край являлся некой неизведанной страной, таинственной и загадочной. Одна дорога туда — ну-ка, почти двести верст! — наполняла душу радостной тревогой, и названия хуторов и станиц, которые мы проезжали, звучали во мне волшебной музыкой: Гривенская — это, наверное, от грив, заросших камышом, где живут лохматые дикие свиньи и свирепые кабаны-секачи;  Рясная — значит богатая, густая, обильная; Садки — это просто рыбный садок, полный бело-серых пятнистых судаков и полнотелой гладкой тарани, набитой янтарной икрой.

Наследство

В окно, малое, как повсюду в старых домах на севере, жидко сочится рассвет. В нем еще чувствуется дыхание уходящих белых ночей, их призрачного оцепенения, разбавившего мутный сумрак. И какая тишина! Ты еще, кажется, спишь, и мне не хочется будить Тебя — здесь так сладко, так покойно спится!
Летом в этой брошенной избе на берегу губы жили рыбаки. Мы сгребли раструшенное сено, прикрыли его спальниками и тоже спим на полу. Перед глазами потрескавшийся, потемневший от времени, «ленью крашенный», как здесь говорят, давно не видевший ни жесткого веника-голика, ни дресвы потолок в косослойных щелях и глазках еще более темных сучков. На длинной, через всю избу, полке-воронце какие-то немытые банки, елочный гирляндой свисающие берестяные кябрички — наплавки рыбацких сетей. Все это так знакомо и так ново...

Право на... промах

Борис ПЕТРОВ

Мягкий сумеречный декабрьский День. С ночи пороша — будто невесомый лебяжий пух временно опустился поверх старого снега, такой легкий, что полной грудью вздохнуть боязно: как бы не сдуть. Передо мной свежий русачиный след, деться ему по такой пороше некуда. На отшибе от опушки колка темнеет колодина — строчка на снегу скрывается под нее. Я все это вижу издали и заранее высматриваю поверх колодины: куда он отправился дальше? Но там нетронутая шелковая пелена. Русак лежит под колодой? Вот-вот взлетит и!.. Но он не выскакивает. Что за ерунда, может, я просто не заметил выхода? Что ж, надо эту колодину обойти...

Мои встречи с тигром

Встретить тигра — редкая удача, хотя этот хищник любит ходить по дорогам и тропам. Это хорошо видно зимой, по снегу. Иногда тигр идет по дороге, тропе или следу человека километр, два и больше. Мне приходилось встречаться с этой полосатой кошкой шесть раз. Правда, три встречи произошли на дороге, и наблюдал я за тигром с автомашины. В одном случае это было ночью зимой, при большом снеге. Тигр шел по только что очищенной от снега дороге — тут мы навстречу. Водитель заметил крадущегося тигра. Он остановил машину, потом сдал назад — и вот он, красавец.