Логин:
Пароль:
 Чужой ПК


Амурский тигр

С. КУЧЕРЕНКО
Этот старожил уссурийской тайги от пяти других подвидов, уцелевших к нашему времени на просторах Юго-Восточной и Южной Азии, отличается наиболее крупными размерами, необычайно крепким телосложением, мощной передней частью туловища, сильными ногами и массивной головой. Он по праву считается самым могучим наземным хищником планеты. Судите сами: вес выдающихся взрослых суперкотов достигает почти 400 кг при длине тела от носа до корня хвоста без малого 3 м. Правда, таких гигантов теперь совсем мало, однако борцы тяжелого веса (3-центнеровые) еще властвуют в дебрях Сихотэ-Алиня.
Представьте себе зверя с длиной туловища 220 см и высотой в плечах 110 см при весе в 200 кг. Правда, тигрицы на одну треть легче и процентов на двадцать короче своих повелителей, но они не столь жирны и заметно стройнее.
Вполне возможно, что это наиболее красивый и совершенный хищный зверь из всех живущих, а может быть, и когда-либо существовавших на Земле. Он гораздо сильнее льва. Огромная сила его сочетается с виртуозной ловкостью, стремительностью в нападениях и выносливостью в переходах. Простота нрава ему вовсе не свойственна, но его выдержка и невозмутимость вызывают почтительное уважение.
Тело зверя состоит из крепчайшего скелета и до совершенства натренированных мускулов. И нет ничего удивительного в том, что матерый зверь во цвете лет с центнеровой добычей в зубах способен не просто легко шествовать по тайге, но и бежать, и прыгать, и взбираться на кручи. Ему не стоит особого труда уволочь лошадь или корову на сотни метров, а с чушкой в пасти перепрыгнуть через забор. В литературе о тигре можно прочесть такое: «Тигр взял в зубы девятипудового кабана и понес на крутую гору, не задевая за землю».
Он легко лазает по кручам и отлично плавает, причем преодолевает даже такие громадные реки, как Амур. И забуреломленная тайга его не страшит. Однако ходить он предпочитает по зверовым тропам и лесным дорогам, вдоль рек, по льду, по гребням хребтов с хорошо просматриваемыми склонами. В движении он спокоен и нетороплив, а вместе с тем скор и умел. Ходит не просто легко, а с непринужденной своеобразной грацией, хотя голову нередко держит полуопущенной, словно о чем-то глубоко задумавшись и при этом высматривая следы. По лесу он идет совершенно бесшумно, то и дело останавливаясь для изучения обстановки. Любит взбираться на скалы, обрывы и другие высокие точки и подолгу там лежать или сидеть, обозревая близь и дали своих владений. Особенно на сытый желудок.
Как охотник тигр считается наиболее «профессиональным». При поисках добычи полагается в основном на замечательно острое зрение и тонкий слух. Отлично видит ночью. Обонянием он как бы обойден и тем не менее добычу зачуивает за сотню-другую метров, а запах следов улавливает через несколько часов после прохода животного. Ну а его «орудия промысла» — зубы и когти — при мощи мускулатуры и ловкости не менее «смертоубийственны», чем пасть крокодила или акулы.
Это один из самых умных зверей. Он необыкновенно хитер, способен оценивать сложившуюся обстановку и предвидеть события. У него тонкая интуиция, прекрасная наблюдательность, крепкая память. Во всех его действиях просматривается своеобразная продуманность, граничащая с разумностью.
К человеку он вполне терпим, взаимодействуя по принципу: «Нас не тронешь — мы не тронем, а затронешь — спуску не дадим». Более того, иногда этот грозный хищник проявляет желание позабавиться перепуганным человеком и даже как бы приглашает его поиграть. Однако и при этом он постоянно потенциально опасен, причем поведение его далеко не всегда предсказуемо и объяснимо.
Он довольно чистоплотен и постоянно приводит себя в порядок, облизывает шкуру и чистит ее лапами точно так же, как и наши мурки. И все же у него сильный, неприятный, типично кошачий запах, и чем старше и крупнее особь, тем крепче она «пахнет». Нет на земном шаре другого зверя, запаха которого боялось бы все живое больше, чем тигриного. Из десятка самых отважных собак, смело атакующих даже матерых медведей, не более двух выдерживают «дух» тигра. Хищник отлично знает это свое слабое место и потому при скрадывании замеченной добычи стремится зайти с подветренной стороны.
Амурские тигры в сравнении с южными сородичами довольно молчаливы. Молча набрасываются они и на добычу. Лишь в случае сопротивления жертв, например умеющих за себя постоять медведей и кабанов-секачей, хищники стремятся парализовать их ревом — громким, протяжным и жутким, от которого у человека стынет кровь в жилах, волосы вздыбливаются и разум мутится. Обозленные тигры рычат глухо и вроде бы тихо, в ярости же издают знаменитый кашляющий рык, от которого замирает не только все живое, но и, кажется, деревья, сопки и даже небо.
Ну а умиротворенно-довольный тигр в сообществе соплеменников мурлычет почти как кошка, только куда громче. В испуге глухо ухает, при желанных встречах издает своеобразное «уфф, уфф», что означает приветствие. Заневестившаяся тигрица при поиске брачного партнера ревет своеобразно и азартно. А вот тигрята лишь в возрасте полугода начинают приветствовать возвратившуюся мать, сильно и громко выдыхая воздух.
Мимика тигра богата и разнообразна. Его настроению соответствуют и размеры почти черного зрачка: чем злее этот зверь, как, впрочем, и многие другие, агрессивнее и решительнее, тем зрачок шире. Хвост тоже определенно и недвусмысленно выражает настроение и намерения хищника. В спокойном состоянии он опущен, с плавно загнутым кверху концом, кстати, всегда черным. У злящегося и волнующегося зверя он извивается в горизонтальной плоскости, при изготовке к нападению — в вертикальной. Атакующий тигр как бы описывает конус приподнятым над спиною хвостом, а также использует его в качестве руля и балансира.
Амурский тигр — истый приверженец горных кедрово-широколиственных лесов, являющихся излюбленным обиталищем и кабанов, и изюбрей. Нет для этих зверей места краше знаменитой уссурийской тайги. Всякоразные лесные неудоби, а тем более безлесье — не для него. Размеры же персональных владений определяются обилием потенциальных жертв: чем их больше, тем меньше площадь территориальной собственности. У взрослых самцов она достигает 800—1000 км2, у самок — 300—400 км2. Но чаще амурские тигры довольствуются площадью угодий в два раза меньшей.
Участки усердно маркируются и ревностно охраняются. И все же при использовании территории тигры не столь между собой враждебны, хотя известны случаи жестоких побоищ хозяев с пришельцами. Гораздо чаще приходилось встречать в одних и тех же угодьях и двух-трех самцов, и столько же самок, не проявляющих признаков нетерпимости. В норме же на просторном участке матерого самца проживают две-три тигрицы.
Природой им предопределено жить оседло, и чаще всего где владыка тайги родился и вырос, там и закончит свою бурную жизнь. Бродяжничество свойственно изгоям да молодым самцам, ищущим свое место под солнцем. Однако и «состоятельные» тигры иногда предпринимают дальние вояжи. Временные. Скажем, при массовых откочевках кабана, в многоснежье, при обширных затяжных пожарах. А путешествуя они помнят, что надо вернуться в родные места.
Нелюдимость для амурского тигра характерна в гораздо меньшей степени, чем для их полосатых собратьев из жарких стран. Детоубийство, там весьма распространенное, у «северян» случается редко, в основном в многоснежье и при истреблении копытных животных, когда хищники нещадно голодают. Но и при этом самцы своих детей не трогают.
И в диком мире бытие определяет сознание. При полном достатке жизненных потребностей всякое существо дружелюбно, и наоборот. При обилии дичи, хорошей погоде и отсутствии беспокойства и вольные тигры покладисты, им даже не чужд альтруизм. Расшифровывая следы на снегу, неоднократно приходилось убеждаться, что одну крупную добычу ели несколько тигров. Хозяин добычи нередко приводил «на мясо» своих соседей, не говоря уж о кормящих детенышей самках с собственных владений.
И все же территориальность у наших героев выражена четко и строго. Участки охраняются, а обозначаются их границы продуктами жизнедеятельности, выделениями анальных желез, почесами головой, царапаньем коры деревьев когтями, поскребами в точках отправления естественных надобностей. Метки обычно наносятся на заметные предметы: большие пни, выворотни и камни, скальные обнажения, одиночные деревья.
Усерднее всего собственность метится там, где чаще встречаются соседи — в пограничной зоне, разумеется. Но и в спокойной, уединенной обстановке тигр постоянно как бы автоматически и на всякий случай заявляет о себе как о независимом удельном князе, не терпящем каких-либо посягательств на территориальную неприкосновенность. И это не блажь матерого собственника — в этом кроется глубокий логический смысл: каждый должен знать и свое место, и соседей своих.
И тут важно напомнить мудрое правило из жизни в дикой природе: «бездомные» тигры, как и большинство других зверей и птиц, на семью прав не имеют и в размножении не участвуют. Именно такие несчастливцы неприкаянно бродяжничают в поисках собственного «угла», забредают далеко за пределы ареала. В этой связи не являются загадками периодические появления тигров не только в многоснежных низовьях Амура или Амгуни, но и на Баджальском, Становом хребтах и даже в Якутии, Приохотье, Забайкалье.
А вот собственным домом на своей территории тигры обзавестись не считают нужным, разве что тигрицы перед родами облюбовывают для логова места во всевозможных нишах, в пещерках, под каменными карнизами, выворотнями, сильно наклоненными большими деревьями. Лишь бы была защита от осадков и ветра. Самцы и бездетные самки отдыхают где придется, хотя и они имеют десяток-полтора временных убежищ, которыми и пользуются периодически. Для отдыха эти убежища сравнительно удобны, особенно в непогоду. Но важно отметить другое: тигры любят отдыхать так, чтобы все было видно от края до края. Взберитесь на карниз крутой горы или на высящийся над тайгою останец — обязательно найдете там следы многократного пребывания царственных персон.
Бодрствует тигр в основном в темное время суток, хотя дневные походы и охота для него не редкость, особенно зимой и в летнее ненастье. Жару этот зверь не любит и пережидает ее в тени и прохладе на обдувах, у воды, в глубоких каменных нишах и пещерах. Хоть и южного происхождения наш герой, но от жары ему избавиться гораздо труднее, чем от холодов, от которых он надежно защищен толстым слоем жира и теплой «шубой». Потому-то в самые жаркие месяцы этот хищник уходит в хребты, в истоки рек, к морю. Часто и с наслаждением купается, подолгу лежит в воде.
Ходить он определенно не любит, хотя при необходимости может совершать далекие и быстрые переходы, иногда одолевая за сутки до 200 км. Правда, такие вояжи редки и вызваны они особыми экстремальными причинами. Но пройти, скажем, за ночь 50 км — явление обычное. Такие променажи тигры любят сотворять после порош и небольших снегопадов, когда всякое существо выдает себя следами.
Утверждению некоторых «тигроведов» о том, что тигр прирожденный бродяга, не верьте. Ходит он ровно столько, сколько требуется для того, чтобы иметь корм, убежище, брачного партнера, жить в безопасности и в комфортных условиях. Особенно мало ходит кормящая тигрица. Да и у кота в силе средний суточный ход редко превышает 10—15 км.
И вот еще что интересно отметить. Этот могучий грозный зверь ходит не только мало, но и не быстро. На суточном переходе средней протяженности насчитывается одна-две длительные лежки и восемь-десять кратковременных. Прошел километр — прилег. Более того, он часто останавливается, изучая обстановку. При подъеме в гору отдыхает через каждые 200—300 м, а на крутых склонах и того чаще.
А вот поспать наш герой горазд. Особенно когда насытится до полного отвала, а рядом — гора не съеденного трофея, не холодно и не жарко, обдувает ветерок, ласкает солнце, нет людского беспокойства. Тоже ведь испытывает радость полноценной жизни.
В рассказах о животных трудно избегать скучных мест. Важно не увязнуть в мелочах. А потому поговорим теперь о куда более интересном: как промышляет царь зверей и чем трапезничает. Тигр — хищник очень прожорливый, всякому мясу предпочитающий жирную, сочную свежатину, привередливый, расточительный. Охотящийся тигр идет особенно тихо, вернее совершенно бесшумно, с частыми остановками. В точках с хорошим обзором застывает этаким изваянием и превнимательнейше изучает угодья. Всматривается, вслушивается, принюхивается. Замеченную жертву умело и предельно осторожно скрадывает, стремясь подобраться к ней как можно ближе и настигнуть несколькими стремительными прыжками. Бросок этого первоклассного охотника — как вспышка желтой молнии. Представьте скорость живой груды железных мускулов в 15—20 м в секунду! Единственного мига ему достаточно, чтобы достать добычу несколькими большими частыми прыжками и завершить охоту одним решающим. Куда дольше приходится отдыхать от возбуждения и перенапряжения, остывать, успокаиваться, настраиваться на долгую обильную трапезу.
Но тут требуются некоторые важные уточнения. Мне довелось обследовать по следам свыше полусотни нападений тигра на жертву, и не оказалось среди них и двух аналогичных. То затаившийся хищник поймает неосторожно вышедшего на него зверя одним-двумя большими, 5—6-метровыми прыжками, то бросится на другого, подобравшись к нему на 20—30 м более короткими, но очень частыми прыжками, то рванет вдогонку обнаружившему опасность зверю. И характер завершающего прыжка в каждой атаке был своеобразен.
А бросается он на жертву почти в любых условиях местности — сверху, снизу, со скалы или обрыва, в косогор. Ему во что бы то ни стало завершить охоту надо быстро, несколькими прыжками. А знаете, почему? Как это ни странно, этот вроде бы совершеннейший охотник быстро устает. Его атакующий бросок продолжается не более 10—15, в редких случаях — 25 секунд или полминуты. Гораздо дольше он переводит дух. Успех заключительного этапа охоты решают мгновения. Если хищнику удается подкрасться к несчастной жертве на 8—20 м, ее жизнь обречена. А вот при дистанции атакующего броска более 20 м успех решается несколькими факторами: заметило ли животное подкрадывающееся страшилище и насторожилось ли, в каком положении относительно него в эти роковые мгновения находилось, кто первый ринулся в бег, какова была местность, глубина снега. Предположим, на расстоянии около 20 м пасущийся кабан был рылом в сторону своего заклятого врага и увидел его на прыжке. Спастись ему не удастся: потеря всего полсекунды на разворот обрекает его на гибель. Бросок хищника на пасущегося в 30 м изюбря или кабана обычно завершается успехом, если копытное увидело его уже на прыжке: оно запаздывает набрать спасительную скорость бега. Но если им все же удается развить максимальную скорость при беге, тигр преследование прекращает уже через 50— 100 м погони. Однако при глубоком снеге он догоняет кабана и на большей дистанции, чего не скажешь об изюбре. Этого крупного оленя тигру взять труднее, чем таежную свинью.
Настигнутую жертву этот виртуозный охотник убивает умело и быстро. Небольшую валит ударом лапы — косулю, например, кабаргу или собаку. Подсвинку или телку ломает позвоночник, перекусывает горло или шею у затылка. Крупным же зверям вспрыгивает на спину, заворачивает голову, ломает позвонки. Но счастье обреченного в том и состоит, что мучается оно совсем недолго, иной раз и понять не успевает, что с ним происходит.
Остудившись и успокоившись, тигр перетаскивает добычу в удобное место, чтобы вольготнее ему было и поспокойнее. Уж что-что, а поесть наш владыка мастак. От косули за несколько часов оставляет копыта и кишки. Полуцентнерового подсвинка ему хватает всего на пару дней. Он обожает
жир и поедает его в первую очередь. И потому упитанный кабан — голубая мечта тигра. Никто, кроме кабана, лучше не знает, что такое тигриный аппетит и гастрономические наклонности. И жирную медвежатину царь уссурийской тайги уплетает — за уши не оторвешь.
Крупную добычу хищник имеет в среднем через 4—5 дней, но нередко и через сутки-другие. Случается ему опромыслить и несколько голов сразу. Зато вволю потрапезничав несколько суток, наш герой заваливается в долгий сон, а потом может спокойно поститься несколько дней, экономно расходуя накопленный в изобилии жир. Ему вовсе не обязательно питаться ежедневно. Проголодался — идет охотиться, всласть отъевшись — беспробудно спит.
Сколько же съедает этот зверь? За сутки взрослый тигр в среднем потребляет 12—14 кг мяса, тигрица — около 10 кг. Но это вовсе не значит, что столько мяса им требуется. Едят ведь, как говорится, от пуза. А уменьшим эту прорву продукта вдвое — не помрут. Даже не отощают!
Как и для большинства других хищников, умеренность в добывании корма для тигра ни в малой мере не характерна, и он редко когда упускает возможность успешно поохотиться, если и сыт по горло, и полно несъеденного. Известно много примеров, когда этот зверь в избытке сил давил в день по пяти-шести изюбрей и кабанов, причем нередко к этим жертвам не возвращался. И потому-то коэффициент использования добычи у него не превышает половины.
И последнее по части питания нашего грозного всесильного красавца. За год «среднестатистический» зверь добывает 40—45 кабанов, 25—30 изюбрей, 3—4 медведей и до 20—30 более мелких животных — косуль, кабарог, барсуков, собак...
Свадебная пора у тигра к какому-либо определенному времени года приурочена слабо и размыто. И потому выводки с новорожденными приходится встречать в любые месяцы, даже в лютые зимние.
Несмотря на то что на участке тигра-самца обычно постоянно живут две-три тигрицы, моногамия этому виду вряд ли свойственна или она условна. И заневестившаяся самка отдается любому найденному ею кавалеру. Одному, потом другому. Бывает, за будущей матерью ходят несколько кандидатов в отцы, азартно выясняющих третьего лишнего. Дерутся, иногда ожесточенно. Однако не до смерти. Даже не до крови. Скорее всего это вовсе и не драки, а ритуальные турниры на силу. И право на потомство завоевывается весьма малой кровью, что для столь могучих зверей при совершеннейших орудиях умерщвления просто удивительно.
Длится свадьба две-три недели. Новобрачные в это время, естественно, крайне возбуждены, своеобразно урчат, фыркают, валяются. И даже играют! Но радости эти недолги, и их сменяет обыкновенная проза жизни. Врозь, разумеется. Тигры — гордые одиночки. Они не любят, когда им мешают жить один на один с тайгой.
А через 100-110 суток тигрица дарит миру два-три, реже одного или четырех наследников собственной мощи, красоты и власти. Роды происходят в уединенном логове в самых глухих местах. Логово это не утепляется, и подстилка в нем весьма примитивна, но оно обязательно сухое и защищено от ветров. А неподалеку непременно должна быть вода.
Новоиспеченная мамаша первую неделю от своих ненаглядных почти не отходит, согревая их, облизывая, кормя и помогая облегчиться. Котята весят всего-то около килограмма, они беззубы, глухи и слепы. Но как стремительно врываются в жизнь эти будущие великаны, силачи и властолюбцы! В недельном возрасте они уже видят и слышат, у двухнедельных прорезаются зубы, а месячные уже изучают окрестности гнезда. С двухмесячными мать начинает экскурсировать в его окрестностях и приучает их есть мясо, продолжая вволю кормить молоком. Весят они в это время до 5 кг, еще через месяц они утраивают этот вес. Полугодовалые нагуливают в себе до 30 кг, имеют размеры овчарки и покрыты настоящей тигриной шерстью черно-бело-желтого окраса. Отныне и до дней последних эта знаменитая полосатая шкура будет им и шубой, и маскхалатом, и мантией величия.
Мать усиленно кормит детей своих, терпеливо воспитывает и старательно учит их жить строго потигриному. Главная ее забота — обучить молодых найти и взять добычу. Уже с полугодовалыми она подолгу охотится, а годовики способны и сами опромыслить себе корм. Ну а полуторагодовалый молодняк во всем подобен матери, у него нет лишь родительского опыта и мастерства и силы еще не те. И все слабее связь с матерью, слабее. К самостоятельности рвутся.
Впрочем, мать этим не печалится. Мать в это время все больше подумывает об очередном сватовстве. Природой ей строго-настрого наказано приносить потомство раз в два года. А коли оно трагически гибнет в младенчестве, немедленно зачинать другое. Именно тигрицы «отвечают» за размеры приплодов, оставляя заботы о жизнестойкости потомства суперкотам. И благодаря стараниям тех и других годовой приплод у амурского тигра составляет 24—26 %, а прирост поголовья — с учетом смертности и молодняка, и взрослых — может достигнуть 16 %.
Благодаря такой хорошей плодовитости так бурно росло поголовье «наших» тигров в послевоенное время, достигнув почти полутысячной «отметки» к середине 80-х гг., несмотря на систематическое злостное браконьерство, легальный отлов тигрят и отстрелы по разрешениям властей.
Да, могуч, отважен и властен тигр. А вот его жизненный путь недолог. У цирковых и зоопарковских хищников признаки старения наступают с пятнадцати лет, живут же они до двадцати пяти. Всего-то! Наисчастливейшие долгожители достигают тридцатипятилетнего возраста, да и то в благоприятных условиях зоопарков и питомников. Век же вольных тигров куда короче, и редко кому из них счастливится дожить до естественной старости... Впрочем, в этом есть и своеобразное достоинство: живое великолепие не должно познавать дряхлость.
Врагов у амурского тигра совсем мало: бурый медведь да человек. Сражения с медведями довольно часты. Тигр в расцвете сил чаще всего давит этого заклятого врага, но от него нередко гибнут тигрята и их матери. Тигр нападает в основном на некрупных косолапых, будучи заведомо уверенным в победе. Этот хищник вообще никогда никого не атакует безрассудно. Например, опасных вепрей и матерых сохатых он обходит стороной. Умен и отважен тигр, а вот «безумство храбрых» для него мало характерно и он редко когда рискует жизнью. Лишь тигрица в защите своего потомства готова на все.
Завершим мы этот рассказ взаимоотношениями царя зверей с людьми. Были они напряженными, часто трагическими, спокон веку. В Южной Азии они остаются в общих чертах такими же и теперь. Однако амурский тигр к людям в настоящее время относится гораздо почтительнее и осторожнее.
Небезынтересно отметить, что до освоения и заселения Амуро-Уссурийского края Россией, начавшегося с середины XIX в., нападения амбы на человека, особенно на аборигенов и китайцев, было явлением обычным, и люди здесь этого многочисленного тогда хищника боялись панически. За год от него гибло несколько десятков, в иные лета — сотни людей и многократно больше домашних животных. Еще более дерзкими были тигры в сопредельных провинциях Китая.
Однако повадки амурского тигра в отношении к людям резко изменились после трудного и долгого восстановления его едва не погибшей популяции в 30-х гг. Он как бы переродился. Объяснение этому феномену видится в том, что к 30-м годам уцелели самые осторожные тигры, избегавшие всяких встреч с людьми. И именно такие особи со временем «основали» генетическое ядро восстанавливавшейся популяции.
Тигр как был, так и остается зверем смелым, а вместе с тем у него прибавилось осторожности. Людей он не трогает, хотя и не боится. За последние 60 лет достоверно известно десять случаев неспровоцированного нападения хищника на людей, из которых частично было съедено четыре.
Однако защищаясь тигр нападает на человека довольно часто. Не боится он его, но любопытства к себе не переносит. Смертельно опасными становятся раненые и преследуемые хищники. Но поразительно другое: тигру скрасть и убить человека проще простого, тем не менее до смерти он его, как правило, не давит. Чаще всего крепко ударит, укусит, поцарапает. И уйдет, как бы предупредив, что может быть и хуже.
Амурский тигр в современной возродившейся популяции как бы предложил человеку вооруженный нейтралитет и по мере сил строго его соблюдает. Человек же нарушает его сплошь да рядом. И именно поэтому теперь снова приходится спасать этого удивительного зверя, самого элегантного, отважного и могучего наземного хищника планеты, оказывающего на людей при встречах в дебрях уссурийской тайги воистину магическое воздействие. И каждая встреча в памяти остается нетленной до дней последних.

Зарегистрирован: -- ICQ: {icq}
Группа: Гости
Публикаций
Комментариев
Большое спасибо за увлекательный рассказ о тиграх!
Добавление комментария
Ваше Имя:
Ваш E-Mail:

  • winkwinkedsmileam
    belayfeelfellowlaughing
    lollovenorecourse
    requestsadtonguewassat
    cryingwhatbullyangry
Защита от спама: