Логин:
Пароль:
 Чужой ПК


Конец чандпайского людоеда

Я прибыл в Кхулну из Сундербана в феврале 1957 года, чтобы пополнить запас провизии и разрешить кое-какие деловые вопросы.
Кхулна — большой и процветающий центр более чем в ста километрах от побережья. Ее веселые базары и опрятные бунгало с ухоженными газонами и подстриженными живыми изгородями казались нереальными после затопленной глуши Сундербана.
Через несколько дней я завершил работу и, поскольку цивилизованная жизнь мне наскучила, решил вернуться в Сундербан на пять-шесть недель оставшегося рабочего сезона.
Пакистанская часть Сундербана в пределах границы лесов поделена на 55 зон лесоповала, называемых кварталами, и лесная станция Чандпай расположена в квартале 28, который по каким-то необъяснимым причинам оказался между кварталами 26 и 27. Из этих трех кварталов никогда не поступало сообщений о людоедах, а изредка встречаемые тигры, казалось, довольствовались дичью и люди, работавшие в лесах, без труда их отгоняли. Иногда тигр мог забрести в прилегающую населенную зону, убить пасущегося буйвола или корову, но в общем он редко причинял беспокойство.
Чандпайский тигр, убивший человека в квартале 27 утром 23 февраля, в день моего прибытия в Чандпай, а затем перешедший в квартал 26, чтобы убить на другой день еще одного, драматически нарушил спокойную жизнь района...
История эта заслуживает того, чтобы ее рассказать подробно, поскольку первое нападение тигра стало единственным в своем роде образцом расчетливой хитрости и вызвало действие неслыханного героизма; второе нападение было дерзким, но привело к уничтожению людоеда.
В десять часов утра, когда катер прошел реку Пассар и вошел в Чаган Гангу, мы с объездчиком сидели на палубе за чаем, любуясь восходом. Катер поравнялся с каноэ, плывшим в том же направлении, но тут мы увидели, что лодочник, сидевший на корме, замахал веслом и прокричал что-то, однако сильный ветер отнес его слова в сторону.
Штурман, видимо, заметил возбужденные жесты лодочника, дернул за канат, и в машинном отделении зазвонил колокол. Катер остановился и медленно задрейфовал по течению, а лодочник развернул каноэ и стал энергично грести нам навстречу. Кроме него был еще один пассажир, который, ссутулившись, сидел на носу лодки, почти касаясь воды босыми ногами. Это был высокий жилистый мужчина лет пятидесяти с на редкость высоким и широким лбом, с белой козлиной бородкой. Когда лодка подошла ближе, я услышал его причитания. В Сундербане это означает одно: близкий родственник убит людоедом. Я и объездчик подхватили рыдавшего человека под руки и помогли ему подняться на борт, а лодочник сказал: «Тигр убил его младшего брата, мы собрались на станцию сообщить об этом, остальные сопровождают тело». Объездчик кивнул и отпустил лодочника. Катер продолжал свой путь.
Мы заставили горемыку выпить чашку чая и пытались успокоить его, но он был безутешен и продолжал бить ладонью по лбу и причитать, как женщина. Глядя на него, никому в голову бы не пришло, что всего час назад Махаббат Али проявил небывалую храбрость и схватился один на один с тигром-людоедом.
Катер пришвартовался у трапа, спускавшегося с грубо сколоченной пристани. Множество каноэ и деревенских барж стояли вдоль берега. Лесная станция, единственное пристанище человека в Чандпай, была переполнена людьми, прибывшими получить разрешение на работу, обсудить условия аренды или внести арендную плату.
Станция одновременно была резиденцией объездчика. В глуши она приятно радовала глаз: двухскатная рифленая крыша из железа, выкрашенная в красный цвет, декоративные деревянные перила вокруг веранды, подстриженный газон, окруженный забором из циновок голпатты, и тамариндовые деревья, которые росли позади дома, высокие и прямые, как кокосовые пальмы. Бунгало было построено более чем в метре над землей на деревянных сваях для защиты от сырости, высоких паводков и до некоторой степени от диких животных.
Через полчаса после прибытия катера родственники принесли на куске ткани тело жертвы людоеда и положили на газон. Осмотр показал, что тигр схватил человека за шею: она была сломана, кровь сочилась из глубоких ран, нанесенных зубами. На обоих плечах виднелись следы когтей, а правая ключица оказалась сломанной. Однако тело осталось неповрежденным; видно было, что его забрали до того, как тигр приступил к еде. После процедуры опознания тело унесли и накрыли простыней до похорон, а двое старших родичей уселись рядом и принялись тихо читать над покойником суры Корана.
Затем состоялся детальный опрос свидетелей, после чего мы с объездчиком оставили некоторых из них, чтобы обследовать место инцидента и внести дополнительную ясность. С нами были два опытных следопыта, с чьей помощью удалось восполнить пробелы в рассказах очевидцев и завершить картину событий, предшествовавших нападению.
Вот она, эта история, со всеми вставленными подробностями. Махаббат Али и его брат Афсар Али (27 лет от роду) были сыновьями Захируддина, ветерана-лесоруба из деревни Кандапара близ Багерхата. Старший сын был лесорубом, как и его отец, а младший приглядывал за землей и скотом, которыми владела семья. Он был уважаем и любим сельчанами, потому что выучился читать и писать у муллы из мечети в большой соседней деревне. Когда отец стал слишком старым, чтобы работать топором, младший сын заменил его, старик же ухаживал за полем с помощью зятя.
Оба брата в сопровождении родичей и односельчан прибыли на лесную станцию Чандпай и, получив допуск к работе, стали рубить пальмы в квартале 27. Они усердно трудились пять дней до четверга. Вечером в четверг в приподнятом настроении они оставили работу, поскольку пятница была днем отдыха и ее следовало провести в рекогносцировке вдоль проток, чтобы найти хорошие участки для работы. Братья славно поели в своих лодках, поболтали и стали распевать под аккомпанемент флейты. Когда улеглись на ночь, Афсар Али поставил в изголовье лампу, заправленную неочищенной нефтью, и стал читать вслух замусоленную книжку в мягкой обложке с дешевыми литографиями, описывающую сражения бородатого богатыря с целой армией демонов под предводительством огнедышащего дракона. Махаббат Али заснул, слушая повесть о фантастических приключениях Хатим Таи, легендарного мусульманского воителя, которого никто не мог превзойти в храбрости, доблести и благородстве.
Рано поутру братья приступили к разведке. Они уселись в каноэ, старший сел сзади и усиленно работал веслом, младший расположился впереди. Их спутники ушли по протоке вперед, они отстали от них на полкилометра.
Менее чем через полчаса Афсар Али увидел большого тигра, стоявшего на левом берегу так близко, что до него можно было добросить камень. Окликнув брата, он поднялся в лодке, размахивая дао (нож для рубки зарослей,— А. Ч.), и закричал во всю мочь. Махаббат Али присоединился к нему, и они рассмеялись, увидев, как тигр скрылся в лесу. Они, конечно же, не знали, что тигр уже наметил жертву и следовал за ними по лесу 300 метров, держась параллельно ходу лодки. Передвижения тигра по лесу были восстановлены по четким ясным следам и другим знакам, тщательно изученным с помощью следопытов. Мы все пришли к выводу, что тигра привлек шум голосов людей в лодках, плывших впереди, и он добрался до берега в тот момент, когда проплывало последнее каноэ. Зверь запомнил Афсара Али, ведь тот привлек его внимание, когда встал в лодке, размахивая своим дао и пронзительно крича. Он не стал нападать, поскольку берег в этом месте был слишком тонким и узким, и это затруднило бы прыжок в лодку, плывшую посередине десятиметровой протоки. Он потому и скрылся и шел вдоль русла через лес, пока не добрался до подходящего для нападения места. Выбор тигром места и способа нападения говорит о дьявольском уме, почти аналитическом.
Выбранный участок представлял собой узкую прогалину в лесу, прикрытую со стороны ручья большим и пышным деревом сундари, которое росло у самого берега и слегка клонилось к воде. В метре от земли ствол его раздваивался наподобие растянутой буквы «у». У другого конца прогалины, менее чем в десяти метрах от дерева, был пологий, покрытый травой пригорок в два с половиной-три метра высотой. Из этого положения тигр смотрел на протоку через развилку.
Конец чандпайского людоеда

Заметив нос лодки, зверь оттолкнулся от пригорка и прыгнул через развилку. К счастью, задними ногами он поскользнулся на влажной почве, задев левую сторону развилки (с которой потом собрали несколько шерстинок и клочок кожи). Из-за этого прыжок оказался неточным, и, не достав Афсара Али, сидевшего на носу, тигр рухнул прямо в лодку. Выйдя из оцепенения, Махаббат Али, сидевший сзади, обрушил на тигра весло. Растерявшийся и потрясенный зверь собрался, развернулся и прыгнул на берег, оттолкнувшись с такой силой, что перевернул каноэ и сбросил его пассажиров в воду.
Стоя на берегу, тигр сердито рычал на перепуганных братьев, которые кричали и стучали по лодке руками, пока тот, к их великому облегчению, не ушел.
Они перевернули каноэ и стремительно понеслись прочь, зовя на помощь своих друзей, которые услышали шум и, подплыв ближе, в свою очередь стали окликать их. Братья были уже совершенно обессилены, когда наконец присоединились к товарищам и смогли рассказать, что стряслось с ними в пути. Отдохнув и немного покурив, вся ватага двинулась дальше и
вошла в более широкую протоку, левый берег которой густо порос голпаттой. Не желая возвращаться, впустую потратив время, лесорубы решили поработать пару часов, а поскольку недавний инцидент насторожил их, они плотно сбились вместе и выставили наблюдателя.
Честно говоря, никто всерьез не переживал, ведь тигра дважды прогоняли практически безоружные братья. Прошло время, лесорубы ослабили бдительность, и потому тигр смог приблизиться к ним незамеченным. Поскольку его намерение овладеть добычей с первой попытки провалилось, он в ярости удалился, но был полон решимости исправить промах. Дальнейшее изучение следов показало, что, спрыгнув с лодки, тигр ушел в лес и ходил без устали взад-вперед на отрезке в двадцать метров: об этом ясно говорили его многократно перекрывавшиеся следы. Потом он пошел за лодкой и сидел за кустом, в то время как люди сгрудились, чтобы послушать рассказ о нападении. Когда вся партия двинулась по широкому ручью, тигр находился рядом. Он спрятался в подлеске, когда лесорубы развернули работы, а потом специально или случайно прополз по дуге, приблизившись на восемь-девять метров к месту, где работал Афсар Али. Здесь он улегся во впадине за стволом дерева, поваленного бурей, и, видимо, следил за своей добычей через узкий просвет между стволом и землей.
Махаббат Али работал в трех-четырех шагах от брата и взглянул на него как раз в тот момент, когда парень положил свое дао на землю и выпрямился, чтобы вытащить занозу из пальца. Махаббат Али отвернулся. В это мгновение тигр прыгнул через ствол. Махаббат Али услышал сдавленный крик: «Бхайяя!» (Брат!) и оглянулся. Тигр стоял на задних лапах, обрушив передние на плечи Афсара Али и сомкнув челюсти вокруг его шеи. Родственники и друзья с громкими воплями рассыпались во все стороны. Побросав тяжелые дао и топоры, они попрятались в лодках или вскарабкались на деревья.
Единственный человек, который не дрогнул, был старший брат. Он смотрел в ужасе, как Афсар Али тщетно сопротивлялся тигру, и его охватила ярость. Громовым голосом он проревел: «Брось его!» Затем рванулся вперед с занесенным дао и изо всех сил рубанул тигра по шее. Зверь оглушительно заревел, из раны хлынула кровь. Он начал отступать, отскочил в кусты. Махаббат Али бережно уложил умиравшего брата на землю и бросился навстречу тигру, который собрался вновь схватить свою жертву. Сжав рукоятку окровавленного дао обеими руками и выкрикивая: «Иаа Али!» (древний боевой клич мусульман), он двинулся на тигра. Тот сделал пару шагов ему навстречу и остановился в нерешительности, угрожающе хлеща хвостом и ощерившись, злобно ворча. Расстояние между человеком и зверем было меньше метра, и дао Махаббата Али со свистом опустилось вниз. Удар мог вчистую отсечь хищнику голову, но тигр в испуге отпрянул и с ревом умчался в джунгли. Махаббат Али не смог остановить замаха, упал на землю, и лезвие дао глубоко воткнулось в то место, где только что стоял тигр.
Он сразу же вскочил на ноги и бросился к брату, в то время как остальные слезли с деревьев и выбрались из лодок, перебрасываясь тревожными фразами. Махаббат Апи упал на колени и осторожно приподнял голову брата. Слабая искорка жизни еще теплилась в Афсаре Али, и он попытался что-то сказать; губы сложились в еле слышное слово «джал» (вода). Но вся питьевая вода хранилась в больших глиняных кувшинах на барже, находившейся за три километра. Рассудок Махаббата Али, казалось, покинул его: он бросился в дебри искать драгоценную влагу, которую у него просил брат. Как безумный, сложив руки лодочкой, он бесцельно метался и стенал: «Джал! Джал! Джал!» В конце концов родичи подвели его к брату, который уже скончался, и Махаббат Али сел рядом. У него уже не было ни слов, ни слез. Наверное, он вспомнил счастливые дни, когда вся семья была в сборе, и думал о престарелых родителях и вдове Афсара Али.
Тигр скрылся в лесу, перейдя или перепрыгнув несколько мелких ручьев, и преследователи потеряли его след, пройдя почти два километра. След крови из раны, нанесенной дао, вел к краю широкой протоки, указывая, что тигр пересек и ее. Люди, однако же, не смогли взять след на другом берегу: начавшийся прилив затопил все вокруг. Когда погоня прекратилась, тигр уже брел на юго-запад к ручью Миргамари, за которым начинался квартал 26.
На следующий день в 8 часов утра Абдул Джаббар, мускулистый мужчина средних лет из Ноакхали, рубил голпатта на берегу узкой протоки в квартале 26. Вдруг он увидел тигра, который в упор смотрел на него с другого берега. Лесоруб закричал, предупреждая своих спутников, и все они укрылись на ближайших деревьях. Тигр перешел протоку, а когда повернулся и пошел по берегу, на левой стороне его шеи все ясно увидели свежую кровь и рану от дао — клеймо людоеда, убившего вчера Афсара Али.
Опознав тигра, лесорубы стали громко кричать с деревьев, чтобы отпугнуть зверя. Тигр постоял несколько минут на берегу, глядя на деревья и рыча. Затем двинулся по берегу, но люди еще час просидели на деревьях, прежде чем осмелились спуститься и забраться в свои лодки. В качестве меры предосторожности они решили утро провести в каноэ и вернуться на работу после полудня.
Днем лесорубы были настороже и держались вместе, а около четырех часов решили передохнуть. В то время как все остальные обтирали потные тела и надевали рубашки, Абдул Джаббар отошел на четыре-пять шагов помочиться. И тут раненый тигр выскочил из чащи и схватил его. Человек пронзительно вскрикнул и выбросил руки вперед в тщетной попытке остановить нападавшего, но сомкнувшиеся клыки разорвали ему лицо в клочья, и Джаббар упал на землю. Его насмерть перепуганные спутники бросились врассыпную, спасая свои жизни, но, пробежав метров сто, остановились и отправились назад на поиски товарища.
Они пришли в ужас, увидев, как тигр пожирает, начав с ягодиц, свою жертву на том самом месте, где убил ее. Стоя метрах в тридцати от людоеда, лесорубы вопили и размахивали топорами, а зверь не обращал на них никакого внимания, лишь иногда щерился. Тигр был очень голоден и отрывал большие куски плоти, поглощая их с видимым удовольствием.
Когда попытка прогнать тигра не увенчалась успехом, лесорубы вскарабкались на большое дерево и стали кричать, чтобы привлечь внимание проплывающих лодочников. Так один из них появился на лесной станции Чандпай и сообщил об убийстве.
Когда мы прибыли, испуганные люди слезли с дерева и бросились к нам, крича, что четверть часа тому назад тигр уволок полусъеденное тело их товарища в джунгли, и показали путь. После того как был выслушан краткий отчет о трагедии, лесорубам было приказано прибыть на станцию для более подробного рассказа о происшедшем.
Было уже слишком поздно, чтобы идти за тигром в густой лес, поэтому решили начать тропление на следующий день. Я полагал, что, коль тигр страдает от тяжелой раны и очень голоден, он заляжет у добычи и можно будет начать тропление утром.
У объездчика и лесников, хорошо знавших местность, я выяснил, что мы находимся на небольшом острове, напоминающем грубо очерченный вытянутый лист дерева с закругленной верхушкой. Он окружен извилистыми рукавами большой протоки, которая раздваивается у одного конца острова и воссоединяется у другого. Лесоруб был убит в сотне метров от западной оконечности острова у берега протоки, ограничивающей остров с севера.
Чтобы проверить эти сведения, обошли вокруг острова на лодках, и я отметил, что лес кончается в двухстах метрах от восточной оконечности острова на краю обширной неглубокой впадины, поросшей травою с человеческий рост. У самой оконечности возвышался большой пригорок из глины, заросший кустами.
В голове уже вызревал план действий, и я обсудил его с объездчиком, склонившись после обследования над картой лесного департамента. Было решено, что утром в охоте на тигра примут участие три партии: две прочешут лес от окружающих рукавов, а третья пройдет травянистую поляну восточного конца, начав с глинистого пригорка, отрезав тигру все пути к отступлению. Я же пойду по следу людоеда в джунгли, надеясь по меньшей мере выгнать его на стрелков, если не застрелю сам.
Согласно плану рано утром вооруженные люди в лодках были расставлены по двум рукавам примерно со стометровым интервалом, а четверых посадили за кустами на пригорке, чтобы они просматривали впадину с возвышения и держали поляну под прицелами ружей.
Западня была поставлена, и мне оставалось захлопнуть ее. Я взял след с места убийства Абдула Джаббара и углубился более чем на сто метров в лес, где тигр проложил через густой подлесок хорошо различимую тропу. Заросли ограничивали видимость до двух-трех метров, и тропление оказалось очень трудным. Я представлял себе раненого людоеда, подстерегавшего меня за каждым кустом, и глаза заболели от напряжения — приходилось всматриваться в каждую пядь земли. Держа винтовку на сгибе руки, прежде чем сделать шаг вперед, стволом я осторожно раздвигал кусты.
Чтобы преодолеть сто метров, мне понадобилось полчаса. Вдруг я неожиданно почуял откуда-то донесшийся тяжелый дух. Пару минут простоял, не шелохнувшись, а затем осторожно пополз вперед, пока не добрался до высоких кустов, верхушки которых срослись, образовав некое подобие арки, а внизу — туннель менее метра высотой. Тигр прополз в дыру и протащил за собой свою ношу: стенки туннеля были забрызганы кровью, и на них остались клочья плоти. Чтобы заглянуть в туннель, мне пришлось встать на четвереньки. Я увидел просвет в конце туннеля и в пяти метрах от себя людоеда, который завтракал человеческой ногой и в упор смотрел прямо мне в глаза. Я тут же растянулся на земле и вскинул винтовку, целясь в просвет, но тигр оказался проворнее. С грозным рычанием он вскочил и отпрыгнул в сторону, исчезнув из поля зрения прежде, чем я смог нажать на спуск. Я был горько разочарован. Действуй я чуть быстрее, можно было бы послать полуоболочечную пулю в сердце тигра и уложить его рядом с человеком, которого он убил. Но такой уж это спорт — охота! Секунда нескончаемо долго тянется в джунглях, а десятая ее доля может стать гранью между триумфом и поражением, а зачастую между жизнью и смертью.
Шуршание кустов подсказало, что тигр убежал влево, и я утешал себя мыслью, что он все равно попадет в западню, устроенную для него в лесу.
Обойдя туннель справа и избегая подлеска, в который мог вернуться тигр, я ступил на прогалину, где лежало оставленное тело. Здесь было безопаснее: тигр, решись он вернуться к добыче, должен был пересечь полосу открытой местности. Я подумал о том, чтобы залезть на дерево и засесть над добычей, но затем отбросил эту идею, так как, говоря откровенно, труп был настолько обезображен, что вид его в мрачном окружении джунглей угнетающе действовал на нервы.
Я стоял и осматривался несколько минут, стараясь не глядеть на труп, и, лишь убедившись, что непосредственной опасности нет, собрал останки лесоруба в свою рубашку, отсек ветку дерева и подвесил на нее окровавленный узелок так, чтобы его можно было легко обнаружить и забрать позже. Когда я уже закончил это малоприятное дело, раздались крики и несколько ружейных выстрелов оттуда, куда ушел людоед, и сразу же послышался страшный рев. Тигр проревел три-четыре раза с короткими промежутками, что позволило представить примерно, куда он движется: он шел с севера на юг через весь остров и должен пройти прямо передо мною.
Рев зверя говорил о том, что он тяжело ранен. Движимый охотничьим азартом, я отбросил предосторожности и бросился через прогалину с ружьем у пояса. Много лет я практиковался в неприцельной стрельбе с пояса и мог поразить жестянку, подброшенную в воздух, три раза из пяти с дистанции 25 метров. Я хотел перехватить тигра, который, в чем я не сомневался, пройдет передо мною, и потому петлял между кустами, готовый неприцельно стрелять с любого расстояния до 15 метров.
Я остановился примерно там, где ждал встречи с тигром, и сел между двумя густыми кустами с винтовкой у плеча. В этом положении я был защищен от атаки с обоих флангов и абсолютно спокоен по поводу любой атаки с фронта. Только спина была открыта, но я полагал, что оттуда опасность не грозит, хотя время от времени на всякий случай оглядывался. Природа одарила меня необычно острым зрением, и я не сомневался, что замечу тигра уже за 50 метров. Но, увы, позднейший осмотр почвы показал, что раненый тигр прополз в 16 метрах от меня (!), когда я так самоуверенно ждал его в кустах.
Я никогда уже не смогу понять, как тигру удалось подойти так близко, ничем не выдав себя, и никогда не смогу себе этого простить. Только подумайте: тигр был ранен в переднее колено, когда объездчик и его люди обстреляли его у северного рукава, и искалеченный проковылял в направлении добычи, подошел ко мне спереди, увидел с расстояния 16 метров и развернулся по следу к восточному концу острова. А человек не только не видел его, но и не подозревал о его присутствии!.. Какое мастерское использование прикрытия, невзирая на адскую боль в выведенной из строя лапе!
Да, чандпайский тигр, убив одного за другим двух человек за два дня, приковылял в другую западню, устроенную людьми, более удачливыми, чем его жертвы. Как только он вышел из леса и прополз во впадину, чтобы отлежаться в высокой траве и зализать раны, с пригорка раздался залп четырех ружей. Пораженный зверь застонал и попытался ползти, теряя кровь и осколки костей. Как сильный человек, закусывающий носовой платок, чтобы не закричать от боли, тигр зажал в зубах пучок травы и, молча, забился в агонии. Шатаясь, он медленно встал на ноги и повернулся к пригорку, где затаилась Смерть. Подняв голову, он взревел с гордостью и вызовом, словно призывая в свидетели своих врагов, небо и джунгли, что он умирает как подобает представителю королевского рода*.
Еще один залп прогремел с пригорка. Чандпайский тигр медленно повалился на бок и успокоился навеки.
-------------------------
* Ранее бенгальского тигра иногда называли королевским.
Добавление комментария
Ваше Имя:
Ваш E-Mail:

  • winkwinkedsmileam
    belayfeelfellowlaughing
    lollovenorecourse
    requestsadtonguewassat
    cryingwhatbullyangry
Защита от спама: